понедельник, 12 сентября 2011 г.

Фукнционализм



Основные теоретические понятия, постулаты, идеи

Научение происходит

  1. путём выбора и установления связей между стимулами и реакциями
  2. постепенно, путём проб и ошибок
  3. вне связи с мышлением и пониманием
  4. одинаково у всех млекопитающих



Закон использования Ли Торндайка

Связь между стимулом и реакцией усиливается при её использовании и ослабевает с прекращением практики

Закон воздействия Ли Торндайка

Если за реакцией следует состояние удовлетворения, то прочность связи растёт, если состояние неудовлетворения, то снижается. Состояние удовлетворения – то состояние, в котором организм стремится находиться, состояния неудовлетворения он избегает.

Теория идентичных переносов научения Ли Торндайка

Вероятность переноса научения между известной и незнакомой ситуацией определяется количеством общих элементов у этих ситуаций.

Явление ассоциативного смещения позволяет присоединить любую реакцию к любой ситуации.

Аргументы Б.Ф.Скиннера против использования наказания в обучении:

  1. Создаёт нежелательные побочные эффекты
  2. Наказание указывает на то, чего организм не должен делать, но ничего не говорит о том, что должен.
  3. Оправдывает причинение боли другим
  4. Временно сдерживает, но не корректирует нежелательное поведение
  5. Может заменять одну нежелательную реакцию другой

Режимы подкрепления реакции (По Скиннеру и Фестеру):
  1. Режим постоянного подкрепления
  2. Режим подкрепления с фиксированным интервалом
  3. Режим подкрепления с фиксированным соотношением
  4. Режим подкрепления с вариативным интервалом
  5. Режим подкрепления с вариативным соотношением
  6. Режим параллельных подкреплений
  7. Режим подкрепления с параллельными структурами поведения

Б.Ф.Скиннеру принадлежат идеи программированного обучения и технологии поведения.
Согласно его взглядам, на  любое поведение организма можно оказать любое влияние. Культура – это совокупность возможностей подкрепления.



Вопросы по теме:

  1. Как происходит усвоение языка, если встать на точку зрения функционализма?
  2. Знаете ли Вы, как Н.Хомский критиковал функционализм (бихевиоризм)?

13 комментариев:

veronica комментирует...

Работы Ноама Хомского оказали значительное влияние на современную психологию.С точки зрения Хомского лингвистика является разделом когнитивной психологии.Его работа «Синтаксические структуры» помогла установить новую связь между лингвистикой и когнитивной психологией и легла в основу психолингвистики. Его теория универсальной грамматики была воспринята многими как критика устоявшихся в то время теорий бихевиоризма.

В 1959 году Хомский публикует критику работы Б. Ф. Скиннера «Вербальное поведение».Эта работа во многом проложила путь когнитивной революции, смены основной парадигмы американской психологии с бехивеоральной на когнитивную.Хомский отмечает, что бесконечное количество предложений которые может строить человек является веским основанием отвергать бихевиористкую концепцию обучения языку посредством подкрепления (закрепления) условного рефлекса. Дети младшего возраста могут складывать новые предложения которые не были подкреплены прошлым поведенческим опытом. Понимание языка обусловлено не столько прошлым опытом поведения, сколько так называемым механизмом усвоения языка (Language Acquisition Device — LAD), являющимся внутренней структурой психики человека. Механизм усвоения языка определяет объем допустимых грамматических конструкций и помогает ребенку осваивать новые грамматические конструкции из услышанной им речи.
Кирьянова Вероника. Магистратура. Лингвистика

veronica комментирует...

Термин «функционализм» используется для обозначения определенного набора методологических установок в ряде гуманитарных научных дисциплин, прежде всего в лингвистике, психологии и социологии. В науке о языке функционализмом называется теоретический подход, который утверждает, что фундаментальные свойства языка не могут быть описаны без обращения к понятию функции. Многие современные направления функционализма ставят перед собой более конкретную задачу – объяснение языковой формы ее функциями. к числу предшественников современного функционализма можно причислить таких ученых, как А.А.Потебня, И.А.Бодуэн де Куртенэ, А.М.Пешковский, С.Д.Кацнельсон в России; Э.Сепир в Америке; О.Есперсен, В.Матезиус и другие «пражцы», К.Бюлер, Э.Бенвенист, А.Мартине в Европе. Одна из наиболее ранних программных публикаций функционализма – Тезисы Пражского лингвистического кружка (1929), в которых Р.О.Якобсон, Н.С.Трубецкой и С.О.Карцевский определяли язык как функциональную и целенаправленную систему средств выражения. Функциональные идеи были конкретизированы в работах чешского лингвиста В.Матезиуса, который предложил понятие актуального членения предложения. Немецкий психолог и лингвист К.Бюлер в 1930-е годы предлагал различать три коммуникативные функции языка, соответствующие трем участникам/компонентам коммуникативного процесса (говорящему, слушающему и предмету речи) и трем грамматическим лицам – экспрессивную (самовыражение говорящего), апеллятивную (обращение к слушающему) и репрезентативную (передача сведений о внешнем по отношению к коммуникации мире). Р.О.Якобсон развил функциональную схему Бюлера и идеи пражцев, предложив более детальную модель, включавшую шесть компонентов коммуникации – говорящего, адресата, канал связи, предмет речи, код и сообщение. На основании этой модели были исчислены шесть функций языка: в дополнение к трем бюлеровским функциям, переименованным соответственно в эмотивную, конативную и референтивную, были введены фатическая (разговор исключительно ради проверки канала общения, например дежурный диалог о погоде; термин «фатическая коммуникация» принадлежит британскому этнографу Б.Малиновскому), метаязыковая (обсуждение самого языка общения, например объяснение того, что значит то или иное слово) и поэтическая (сосредоточение внимания на сообщении ради него самого путем «игры» с его формой). В 1960-е годы идеи функционализма подробно разрабатывались французским лингвистом А.Мартине. Наиболее широко известен сформулированный и описанный им принцип экономии как важнейший фактор исторического развития языка. Согласно этому принципу, изменение языка – компромисс между потребностями коммуникации и стремлением человека к минимизации усилий.
Кирьянова Вероника. Магистратура. Лингвистика

katya-kryukova комментирует...

2. Критика функционализма (бихевиоризма) со стороны Н. Хомского также отталкивается от анализа языковых средств и языка бихевиоризма. Н. Хомский аргументирует в пользу того, что Скиннер создает иллюзию строгой научной теории, применимой в очень широком диапазоне, хотя на самом деле вполне может быть так, что термины, используемые для описания поведения в лабораторных условиях, и термины, используемые для описания реального поведения, являются всего лишь омонимами, между значениями которых существует, в лучшем случае, довольно туманное сходство. Базисные термины бихевиоризма – «стимул» и «реакция». Скиннер обязуется использовать узкие определения этих терминов: фрагмент окружения и фрагмент поведения называются стимулом (вызывающим, различенным или подкрепляющим) и реакцией, соответственно, тогда и только тогда, когда они соотнесены посредством закона (lawfully related); это значит – есть динамические законы, соотносящие их и демонстрирующие плавные и репродуцируемые зависимости. Так, если мы смотрим на красный стул и говорим «красный», то реакция находится под контролем стимула краснота; если мы говорим «стул», то реакция находится под контролем собрания свойств (которые Скиннер называет объектом) – стулность; и то же самое относится к любой реакции. Этот метод, по мнению Хомского, так же прост, как и бессодержателен, так как мы можем выделить столько свойств, сколько у нас есть не синонимичных выражений для их описания в нашем языке; мы можем объяснить широкий класс реакций в терминах скиннерова функционального анализа, выделяя для каждой реакции управляющие ею стимулы. Но слово «стимул» теряет всякую объективность при таком использовании, поскольку в этом случае стимулы перестают быть частью внешнего физического мира (как это предполагается Скиннером), а оказываются частью организма. Мы определяем стимул тогда, когда наблюдаем (например, речевую) реакцию. Мы не можем предсказывать языковое поведение в терминах стимулов, влияющих на говорящего извне, так как мы не знаем, каковы текущие воздействующие на него стимулы до тех пор, пока не получим реакцию. Более того, поскольку мы не можем управлять свойством физического объекта, на которое индивид реагирует, кроме как в чрезвычайно искусственных (лабораторных) случаях, утверждение Скиннера, что его система, в противоположность традиционной, позволяет осуществлять практический контроль языкового поведения, просто ложно. Подобного рода возражения высказываются и против предлагаемого толкования других ключевых бихевиористских терминов.

veronica комментирует...

Термин «функционализм» используется для обозначения определенного набора методологических установок в ряде гуманитарных научных дисциплин, прежде всего в лингвистике, психологии и социологии. В науке о языке функционализмом называется теоретический подход, который утверждает, что фундаментальные свойства языка не могут быть описаны без обращения к понятию функции. К числу наиболее ключевых функций языка относятся коммуникативная (язык как средство передачи информации от одного человека другому) и эпистемическая, или познавательная (язык как средство хранения и переработки информации). Многие современные направления функционализма ставят перед собой более конкретную задачу – объяснение языковой формы ее функциями.
Место функционализма в современной лингвистике во многом определяется его противостоянием другой методологической установке – формализму, в особенности генеративной грамматике Н.Хомского. Языковая структура в разных версиях генеративной грамматики определяется аксиоматически, при этом универсальная грамматика (языковая компетенция) считается врожденной и потому не нуждающейся в объяснении функциями (употреблением) и не связанной с другими когнитивными «модулями» и т.д.
Основополагающая идея функционализма – признание того, что языковая система производна от своего рода «экологического контекста», в котором функционирует язык, т.е., в первую очередь, от общих свойств и ограничений человеческого мышления.
Междисциплинарный характер функционализма проявляется в ряде психолингвистических работ. Современная психолингвистика (во всяком случае американская) в значительной мере ориентирована на проверку генеративной модели языка, однако существует и функциональная школа психолингвистики.
Существует целый ряд грамматических школ, которые используют термины «функционализм» и «функциональная грамматика» в своем самоназвании. Хотя многие из них теоретически и методологически не вполне соответствуют очерченному выше пониманию функционализма, они также входят в «функционалистскую вселенную».
Группа петербургских лингвистов под руководством А.В.Бондарко в течение 1980–1990-х годов осуществляла масштабный проект под общим наименованием «Теория функциональной грамматики». Эта концепция выросла как альтернатива и дополнение к традиционной уровневой модели языка, в которой значение обычно анализируется в пределах отдельных единиц, категорий и классов. В подходе А.В.Бондарко значения рассматриваются независимо от формальных классов и категорий – на основе так называемых функционально-семантических полей. Так, в функционально-семантическое поле темпоральности входит не только грамматическая категория времени, но и, например, временные наречия. В серии монографий 1987–1996-х годов были описаны такие функционально-семантические поля, как аспектуальность, временная локализованность, таксис, темпоральность, модальность, персональность, залоговость, субъектность, объектность, коммуникативная перспектива, определенность, локативность, бытийность, посессивность, обусловленность. При описании каждого поля в качестве главной задачи рассматривалась подробная инвентаризация значений, относящихся к данному полю, и средства их формального выражения. Подход Бондарко опирается главным образом на материал русского языка, однако включает и сопоставительный компонент: ряд тем описан на материале других языков или в типологическом аспекте (В.С.Храковский, В.П.Недялков, А.П.Володин, Н.А.Козинцева и др.).

Дарья Рыжова комментирует...

Изучение первого языка с точки зрения функционализма строится на необходимости ребенка в общении, на базовом уровне - сообщения родителям о голоде, боле, усталости и т.д, позже донесения других потребностей и впечатлений. Повторяя то, что слышит от родителей ребенок учится языку, при этом при правильном произнесении наградой является понимание и удовлетворение потребности, что побуждает к дальнейшему исследованию, ну и постоянному повторению изученного, для регулярного удовлетворения потребностей.

nastya-vasileva комментирует...

1. Речь – это способность, свойственная только человеку. Исследователи пытались доказать, что язык – не монополия людей; для этого шимпанзе обучали передавать сообщения, нажимая на клавиши компьютера. Но нажатие на клавиши в определенной последовательности вовсе не является доказательством того, что обезьяна овладела логическим синтаксисом языка и понимает его смысл.
Овладение языком начинает проявляться у ребенка в возрасте примерно одного года в виде «голофрастической» речи, или однословных предложений. К двум годам ребенок овладевает телеграфной речью типа «собачки нет». Когда одно и то же слово присоединяется к ряду других («собачки нет», «печенья нет», «ботинка нет»), возникает «осевой» язык. К четвертому-пятому году дети словно чудом овладевают языком, хотя их никто не учит грамматике.
Двумя основными теориями развития языка являются эмпирическая (средовая), объясняющая усвоение языка научением, и «природная», объясняющая его врожденными механизмами.

Скиннер применил к развитию языка свою теорию оперантного обусловливания; согласно его взглядам, вербальное поведение, подобно всякому другому, возникает как следствие оперантного научения. Благодаря поощрениям (подкреплению) дети устанавливают связь между стимулом и реакцией. Используя дифференцированное подкрепление, родители контролируют произносимые ребенком звуки, награждая за правильные. Речь, таким образом, оказывается средством получения поощрений. Вербальное поведение обычно подкрепляется также в ситуациях, которые можно обозначить как «требование» (дети повторяют слова, связанные с удовлетворением их потребностей, такие, как «конфета» или «играть»), «касание» (дети усваивают слова, которые являются откликами на стимульные объекты или на предметы, которые они любят трогать), «эхо» (подражание речи окружающих) и «самопоощрение» (подкреплением служит удовольствие, которое получает ребенок от того, что он сам сказал).
Теория Скиннера не получила широкого признания. Многие психологи считают, что подкрепления недостаточно для того, чтобы объяснить овладение языком. Другие полагают, что здесь действует совсем иной механизм. Исследования показали, что зачастую родители подражают детской речи, а не наоборот. Однако идеи Скиннера нашли практическое применение; например, оперантное научение оказалось полезным при развитии речи у отстающих детей.
Васильева Настя Магистратура Иностранные языки

nastya-vasileva комментирует...

2. Существенные недостатки скиннеровского объяснения языка были отмечены Ноамом Хомским, работы которого в 60-е гг. открыли новое направление исследований в лингвистике и психологии. Хомский доказывает, что, хотя Скиннер попытался описать, как происходит научение языку, его выкладки имеют небольшую ценность, так как он не уделяет внимания вопросу о том, чему мы научаемся, обретая способность говорить на нашем родном языке. Ясно, что мы едва ли можем спрашивать, как мы научаемся X, если мы заранее не знаем, что такое X: у нас должен быть критерий, позволяющий понять, что кто-то преуспел в изучении X. Человеческий язык – феномен, существенно отличный от нажимания рычага крысами или вытягивания шеи голубями для клева. Скиннер вряд ли стал бы отрицать это, но он предположил бы, что различия касаются лишь степени сложности. Хомский же считает, что творческие и структурные черты человеческого языка (особенность, благодаря которой все мы можем проговаривать и понимать предложения, которые никогда не слышали ранее, опираясь лишь на знание слов и грамматики нашего языка) существенно отличают его от любого известного нам поведения животного. Если так, то попытка анализировать человеческую речь в терминах, заимствованных из характеристик поведения низших животных, кажется заранее обреченной.
Есть и еще один важный момент, в связи с которым, как доказывает Хомский, теории Скиннера оказываются неприменимы к человеческому языку. Речь идет о наследственных факторах, том вкладе, который вносит в научение языку скорее сам говорящий, чем его окружение. Ясно, что французские дети научаются французскому, а китайские – китайскому языку, так что социальное окружение оказывает значительное влияние. Но опять-таки все нормальные дети научаются какому-то человеческому языку, а животные не научаются чему-либо, что напоминает человеческий язык в ключевом аспекте формирования неопределенно большого количества сложных предложений в соответствии с правилами грамматики (даже шимпанзе, которых, как утверждается, можно обучить знаковой системе). Представляется поэтому, что способность научения языку – специфическая черта человеческого вида.
Васильева Настя Магистратура Иностранные языки

veronica комментирует...

Под функциональным анализом понимается определенный вид объяснения и, соответственно, исследовательская программа, нацеленная на поиск такого объяснения. В этом смысле функционализм в философии психологии и философии познания, скорее всего, наиболее близок к функционализму в антропологии, социологии, литературной критике и др. областях. Функциональное объяснение предполагает, что объясняемое представляет собой систему или часть системы и, соответственно, может быть объяснено путем разложения этой системы на части, из которых она состоит. Предполагается, что частью системы является все, что функционально для этой системы, т.е. чьи свойства (или, иначе, потенциал) существенны для существования системы. Соответственно, работа системы объясняется с точки зрения (функциональных) свойств ее частей (компонентов) и тех способов, какими эти части интегрированы в системе (соединяются и взаимодействуют между собой): если нечто объясняется как часть системы, то объяснение дается в терминах функциональных относительно соответствующей системы характеристик объясняемого.
Ноам Хомский доказывал, что язык никогда не смогут научно объяснить или понять в бихевиоральных терминах. Он настаивал на том, что этот подход коренным образом неправильно представляет себе природу языка, игнорируя его наиболее существенные свойства: структуру, правила и грамматику. С его т. зр., язык нужно объяснять, ссылаясь на «правила в голове человека» (rules in the head), к-рые дают возможность иметь дело со структурой (т. е. системными отношениями между такими частями предложения как фразы и части сложного предложения). Для лингвиста овладение языком включает в себя усвоение (internalizing) системы правил, управляющих этими отношениями. Понятие структуры едва ли совместимо с бихевиористской наукой; невозможно представить себе усвоение структуры в форме научения физ. стимулам и реакциям. Важность правил, имеющихся в голове чел., была отчетливо сформулирована лингвистами в разграничении «способность—активность» (competence — performance). Языковая способность яв-ся тем знанием языка, к-рым говорящий обладает и применяет его для того, чтобы создавать и понимать высказывания; языковая активность является реальным процессом говорения и слушания. Лингвисты и психолингвисты призывали строить теории способности, и были вынуждены постулировать существование врожденных способностей к пониманию и порождению речи. Ребенка рассматривали как «устройство овладения языком» (language acquisition device), предварительно запрограммированное природой на извлечение из окружающей среды той информ., к-рая требуется для усвоения языковой системы.
Обескураженная невзрачными результатами бихевиоризма в создании теорий речевого поведения, нарождающаяся парадигма обработки информ. в поисках идей все больше ориентировалась на лингвистику. Система понятий и теорий Хомского вначале была заимствована во всей своей полноте. Однако, Т. о. и. теперь в меньшей степени полагается на лингвистику, чем это было некогда, разобравшись, что ряд лингвистических понятий практически бесполезен для психологии. Кроме того, лингвистика продолжила свое развитие. Значительная часть работы в психологии и лингвистике теперь сфокусирована на семантике, по-видимому, самой слабой точке в теоретической системе Хомского. Ахалая Марика. Магистратура

Анонимный комментирует...

Бабушкина Марина

2. Критика функционализма Н. Хомским.
Он считал, что понятия «стимул», «подкрепление», «депривация», взятые на вооружение в скиннеровском «функциональном анализе» и наглядные в поведении животных, создают слишком упрощенное представление о поведении человека. Наблюдение над физическим окружением говорящего и манипулирование этим окружением, в отвлечении от внутреннего мира, от ментальности человека — научная фикция. Биологическое понятие функции как роли физически наблюдаемого фактора в человеческом речевом поведении непригодно для объяснения механизмов языка.
Ктому же, он считал, что не только свойства языка бывают следствиями свойств языковых механизмов обработки речи, но и наоборот, эти механизмы могут быть результатом свойств языка. Язык — вопреки неявному предположению функционалиста — может заставлять человека модифицировать свои процедуры интерпретации и продуцирования речи. И, по мнению Хомского, для объяснения того или иного грамматического свойства на основании систем языкового исполнения (performance), необходимо принять эволюционистский взгляд: по ходу эволюции таких систем нужды обработки речи могут привести к победе одних грамматических принципов над другими. Это сказывается на общих механизмах человеческой языковой способности. Объяснение, основанное только на утверждении, что некоторая конкретная грамматическая закономерность облегчает обработку предложения, подозрительно без учета всего бесконечного контекста описываемого языка.

veronica комментирует...

Ахалая Марика. Магистпатура Термин «функционализм» используется для обозначения определенного набора методологических установок в ряде гуманитарных научных дисциплин, прежде всего в лингвистике, психологии и социологии. В науке о языке функционализмом называется теоретический подход, который утверждает, что фундаментальные свойства языка не могут быть описаны без обращения к понятию функции. К числу наиболее ключевых функций языка относятся коммуникативная (язык как средство передачи информации от одного человека другому) и эпистемическая, или познавательная (язык как средство хранения и переработки информации). Многие современные направления функционализма ставят перед собой более конкретную задачу – объяснение языковой формы ее функциями.
Место функционализма в современной лингвистике во многом определяется его противостоянием другой методологической установке – формализму, в особенности генеративной грамматике Н.Хомского. Языковая структура в разных версиях генеративной грамматики определяется аксиоматически, при этом универсальная грамматика (языковая компетенция) считается врожденной и потому не нуждающейся в объяснении функциями (употреблением) и не связанной с другими когнитивными «модулями» и т.д.
Основополагающая идея функционализма – признание того, что языковая система производна от своего рода «экологического контекста», в котором функционирует язык, т.е., в первую очередь, от общих свойств и ограничений человеческого мышления.
Междисциплинарный характер функционализма проявляется в ряде психолингвистических работ. Современная психолингвистика (во всяком случае американская) в значительной мере ориентирована на проверку генеративной модели языка, однако существует и функциональная школа психолингвистики.
Существует целый ряд грамматических школ, которые используют термины «функционализм» и «функциональная грамматика» в своем самоназвании. Хотя многие из них теоретически и методологически не вполне соответствуют очерченному выше пониманию функционализма, они также входят в «функционалистскую вселенную».
Группа петербургских лингвистов под руководством А.В.Бондарко в течение 1980–1990-х годов осуществляла масштабный проект под общим наименованием «Теория функциональной грамматики». Эта концепция выросла как альтернатива и дополнение к традиционной уровневой модели языка, в которой значение обычно анализируется в пределах отдельных единиц, категорий и классов. В подходе А.В.Бондарко значения рассматриваются независимо от формальных классов и категорий – на основе так называемых функционально-семантических полей. Так, в функционально-семантическое поле темпоральности входит не только грамматическая категория времени, но и, например, временные наречия. В серии монографий 1987–1996-х годов были описаны такие функционально-семантические поля, как аспектуальность, временная локализованность, таксис, темпоральность, модальность, персональность, залоговость, субъектность, объектность, коммуникативная перспектива, определенность, локативность, бытийность, посессивность, обусловленность. При описании каждого поля в качестве главной задачи рассматривалась подробная инвентаризация значений, относящихся к данному полю, и средства их формального выражения. Подход Бондарко опирается главным образом на материал русского языка, однако включает и сопоставительный компонент: ряд тем описан на материале других языков или в типологическом аспекте (В.С.Храковский, В.П.Недялков, А.П.Володин, Н.А.Козинцева и др.). Ахалая Марика. Магистратура

Lida Litko комментирует...

1.В науке о языке функционализмом называется теоретический подход, который утверждает, что фундаментальные свойства языка не могут быть описаны без обращения к понятию функции. К числу наиболее ключевых функций языка относятся коммуникативная или познавательная. Многие современные направления функционализма ставят перед собой более конкретную задачу – объяснение языковой формы ее функциями.Немецкий психолог и лингвист К.Бюлер в 1930-е годы предлагал различать три коммуникативные функции языка, соответствующие трем участникам/компонентам коммуникативного процесса (говорящему, слушающему и предмету речи) и трем грамматическим лицам – экспрессивную (самовыражение говорящего), апеллятивную (обращение к слушающему) и репрезентативную (передача сведений о внешнем по отношению к коммуникации мире). Р.О.Якобсон развил функциональную схему Бюлера и идеи пражцев, предложив более детальную модель, включавшую шесть компонентов коммуникации – говорящего, адресата, канал связи, предмет речи, код и сообщение. На основании этой модели были исчислены шесть функций языка: в дополнение к трем бюлеровским функциям, переименованным соответственно в эмотивную, конативную и референтивную, были введены фатическая, метаязыковая и поэтическая.
характеристики:
1.функционализм – это принципиально типологически ориентированная лингвистика
2.оперирование с большими корпусами данных
3.для функционализма типично использование количественных методов – от простых подсчетов до статистики в полном объеме
4.акцент на структуре речи
5. анализ употребления второстепенен по отношению к анализу кода
6.элементы и структура считаются внутренне присущими языку (как часть определенной культуры)
7.постулируется функциональное различие языков, диалектов, стилей.
Литко Лидия, 4 курс, ЯиТК

Анонимный комментирует...

Функционализм (или дарвинизм).
Ученые этого направления : Эдвард Ли Торндайк, Беррес Фредерик Скиннер, Герберт Спенсер, Уильям Джеймс и т.д. Функционализм сложился в конце XIX — начале ХХ в. в американской экспериментальной психологии.
Главная идея функционализма - данное психическое состояние может быть определено в терминах причинных связей существующих между психическим состоянием, условиями среды (ввод), поведением организма (выход), и другими психическими состояниями. Подход функционализма сходен с анализом информационных процессов, он стал философской основой вычислительной теории разума.
Научение происходит методом проб и ошибок, движется по возрастающей, не связано с мышлением. Научение – это функция от количества удачных (подкрепленных) попыток. Научение всех млекопитающих происходит одинаково и для человека не надо придумывать ничего особого для научения. Также делается акцент на том, что научение и приспособление связаны с окружающей средой.
Взгляды Торндайка делятся на два периода:
1. до -30х гг.
2. после -30х гг.
В первый период Торндайк выводит 3 закона (закон готовности, закон использования и закон воздействия). Однако во второй период он их поправляет.
1. Закон готовности.
Изменение готовности организма к проведению нервных импульсов связано с упражнениями.
а) когда организм, способный продемонстрировать поведение готов к действию, действие, совершаемое им приносит ему удовлетворение;
б) если организм готов, но действие не производит – неудовлетворение
в) организм не готов => его принуждают => неудволетворение.
Удовлетворение – состояние, которое животное не избегает, а стремится его достигнуть и сохранить.
Неудовлетворение- состояние, которое животное избегает.
2. Закон использования.
Связь между стимулом и реакцией усиливается при ее использовании и ослабевает при неиспользовании.
3. Закон воздействия.
Если за реакцией следует состояние удовлетворенности, прочность связи растет, если наоборот - ослабевает. Любое действие, вызывающее удовольствие в определенной ситуации, ассоциируется с ней и в дальнейшем повышает вероятность повторения данного действия в подобной ситуации, неудовольствие же (или дискомфорт) при действии, ассоциируемое с определенной ситуацией, приводит к снижению вероятности совершения этого акта в похожей ситуации. Это подразумевает, что в основе научения лежат также некоторые полярные состояния внутри организма Еще один закон, предложенный Торндайком, касался врожденного комплекса движений. Если действия, совершенные в определенной ситуации, приводят к успешным результатам, то их можно назвать удовлетворяющими, в противном случае они будут нарушающими. Понятие успешного результата Торндайк дает на уровне нейронов. При успешном действии система нейронов, приведенная в готовность, на самом деле функционирует, а не бездействует.

ТиПЛ, 5 курс
Козлова Ольга

Анонимный комментирует...

2.Знаете ли Вы, как Н.Хомский критиковал функционализм (бихевиоризм)?

Xомский является основоположником генеративной (порождающей) грамматики, задача которой состоит в точном и ясном описании грамматических систем языков, в частности, трансформационной грамматики. Xомский резко критиковал бихевиористский взгляд (бихевиоризм) на язык как всего лишь форму поведения и доказывал, что лингвистика как раздел когнитивной психологии должна иметь своим предметом не речь, не практическое употребление языка, а лежащее в его основе знание языковых законов. Критикуя бихевиоризм, Хомский утверждал, «что знание не есть способность, умение, что оно необъяснимо в терминах навыков, привычек, предрасположенностей и что... проблемы, связанные с употреблением языка, не проясняются при помощи таких туманных понятий, как «аналогия»».
Хомский поставил на место инвентаря элементов языка систему правил порождения предложений (в этом преодолении атомизма, по мнению А.А. Леонтьева, важнейшее преимущество теории Н. Хомского, по сравнению с бихевиоризмом). Одним из главных аргументов Хомского против бихевиоризма было то, что ребенок осваивает не только те конструкции, которые слышал от взрослых, а учится сам порождать новые, грамматически правильные предложения, которых никогда не слышал раньше (т.е. здесь очевидна связь языка с мышлением и когнитивными процессами).
Кроме того, базисные скиннеровские термины бихевиоризма – «стимул» и «реакция», по мнению Хомского, вряд ли применимы к такой сложной системе, как язык. Ведь люди общаются не в искусственных лабораторных условиях, а в реальном, динамично изменяющемся мире. И при общении с живым человеком невозможно предугадать его реакцию на тот или иной стимул (она ведь не универсальна для всех людей) и соответствующее языковое поведение. Поэтому возможность осуществления практического контроля над языковым поведением, о которой заявлял Скиннер, не может быть полноценно реализована.

Гопкало Ольга,
ТиПЛ, 5 курс